Страница 31

Италия, Сицилия

Коста, когда трубку телефона снял, находился в изрядном подпитии. Ход, внезапно сделанный крестным отцом, всю почву у него из-под ног выбил. До этого все у него в жизни было понятно. Есть у него враг в лице хитрожопого Джино, который его завода лишил, и нужно любыми путями ему вредить. Хоть ему лично, хоть через его племянника, чтобы обратно забранный у него завод так или иначе себе вернуть.

А теперь, после этой свадьбы племянника Джино с его дочкой, никто его не поймет, если он старую вражду продолжит. Тем более, дочек своих он очень любил. Бог не дал ему сыновей. Значит, раз у него только дочки есть, ему и пристало именно их любить и надеяться, конечно, что однажды они внуков ему подарят, в наследство которым он сможет передать свою, как он надеялся, созданную со временем империю.

Одна надежда теперь у Косты была, что в результате этого неожиданного брака, бездетный Джино со временем передаст его внукам и то, что у него украл, и то, что сам помимо этого скопил. Неплохо вроде бы получается, учитывая, что у Джино своих сыновей нет и вряд ли они появятся. Кто же еще ему будет наследовать, как не любимый племянник? Может, в принципе, и это тоже неплохой способ возврата отнятых у него капиталов без всякой крови и риска, пусть не ему, но его наследникам, рассуждал Коста.

И вот когда он в очередной раз обо всем этом размышлял, не видя другого выхода, как покориться воле крестного отца, ему Джино взял и позвонил. Коста вначале сильно напрягся. Привык он уже на Джино очень негативно реагировать.

Вновь возникшая ситуация, по которой ему предстоит с ним породниться через его племянника, естественно, прежнюю вражду заглушить никак не могла. Ну и тем более, что они еще и не породнились. И он прекрасно понимал, что и Джино вряд ли по отношению к нему хоть какие-то мало-мальски теплые чувства испытывает.

К удивлению Косты, по голосу Джино было слышно, что тот явно смущается. Прежде чем сказать, по какому поводу звонит, долго мялся. У Косты уже даже какие-то мысли появились. Не придумал ли Джино какой-то способ для того, чтобы волю крестного отца нарушить и избавиться от его приказа по поводу женитьбы? Но нет. Джино сумел его удивить, предложив еще одну из его дочерей за второго его племянника отдать.

Коста долго молчал, лихорадочно обдумывая то, что услышал. Вначале пытался понять, не является ли это каким-то изысканным способом со стороны Джино его оскорбить. Но нет. Хоть он и был выпивши, но соображал все же, с его точки зрения, вполне неплохо. Никакой подставы или ловушки в этом предложении он углядеть так и не смог.

Снова всплыло на уме, что чем больше у него внуков будет от племянников Джино, тем больше денег Джино гарантированно они унаследуют. Так что он махнул рукой и выдал Джино свое согласие на двойную свадьбу.

После чего осталось уже обговорить детали, как и когда свадьбу эту будут играть.

Москва, ССОД

Галия пришла сегодня на работу и обрадовалась. Из командировки в Ленинград вернулась ее начальница Морозова. Галия была не рада, когда та куда-то уезжала, хоть даже и на несколько дней всего. Ведь тогда приходилось оставаться в одном кабинете с ненавистной Белоусовой, разговаривать с которой хоть о чем-то совершенно не хотелось.

Да, она в прошлый раз сильно проштрафилась и с тех пор перестала себя вести так же вызывающе, как раньше. Помнила, что они ее пожалели, хотя могли разрушить ее карьеру. Но тем не менее Галия была уверена, что даже притихшая ядовитая змея все равно опасна. Если не сейчас, то в другой раз может укусить.

Какое тут доверие возможно к ней? И какое вообще желание общаться с человеком может появиться на такой почве?

И даже когда Морозова вернулась, сразу поговорить у обрадованной Галии о последних новостях с ней не получилось. Пришлось ждать, когда Белоусова выйдет по поручению Морозовой.

А вот тогда уже, конечно, она присела на уши своей начальницы, которая сама была рада поболтать с подругой и ученицей.

— В общем, Паша позвонил почти сразу, как я домой пришла с работы. — рассказывала Галия. — Долетели они до Токио очень хорошо. Заселились уже в гостиницу, живут все вместе.

Попросил меня, кстати, матери Андрея Миронова позвонить. Та вначале очень себя неприветливо вела, но потом я все же смогла до нее достучаться и сказать, что я по поводу сына ее звоню, что с ним все хорошо, и он долетел. Не поняла я, правда, почему не жене надо было звонить, а матери. Ну да, может быть, они все вместе живут, или жена сейчас куда-нибудь уехала. Хотя куда уехала, ребенок у них маленький совсем, насколько я знаю… — продолжала рассуждать Галия.