Страница 20

Москва, возле дома Ивлевых

Ну вот она жизнь какая причудливая. Ты тут ходишь, планы по модернизации советской экономики строишь, о судьбах отечества, значится, волнуешься — а какая-то африканская обезьяна, толкни она горшок чуть в другом направлении, тебя запросто прикончить может прямо на ранее мирной мостовой. Понаехали тут, Москва не резиновая…

Да, метр в сторону — и мне капец бы пришел. Тем более я, выходя из машины, шапку не надел — ветра нет, что мне без шапки пройтись до подъезда? А горшок приличный по размеру был, судя по осколкам, кило на пять вместе с грунтом. Без шапки мне бы точно хватило. Да и с шапкой вполне могло.

И не то чтобы я сильно боялся помереть — второй шанс как-то намекает на возможность и третьего, но, блин, не такой же позорной смертью! Убит капуцином при помощи цветочного горшка! Кто меня получше знает, те еще как трагедию будут воспринимать, а если шапочным знакомым расскажут, так те ржать будут, надрывая животики.

А дети вырастут, что им всем рассказывать о причине смерти отца? Коварно убит обезьяной на московской улице? Хорошее у их собеседников будет представление о московских улицах времен их раннего детства.

Ладно, капуцин пока что промахнулся, и это просто здорово. Но правильно мне не хотелось его к себе домой брать. Хорошо хоть знаю теперь точно место, где ни в коем случае гулять не надо или парковаться.

Взгляд мой опустился на фикус, который сильно пострадал конечно, но молодой, по идее можно его попытаться спасти, убрав поломанные листья. Тоже ведь пострадавшая сторона, жалко его. Вспомнил, что у меня в багажнике есть небольшой кусок фанеры, беру с собой, чтобы купленное мясо на него класть, а то мало ли подтекать начнет, чтобы багажник не запачкать. Открыл багажник, фикус вместе с большей частью земли, в которой он лежал, запихал аккуратно на фанерку. Закрыв машину, понес в подъезд. Горшок, конечно, новый понадобится, но найдут, я думаю…

Лифт быстро пришёл. Вот только Ида Васильевна выскочила из него, чуть не сбив меня с ног, в халате и тапочках. Я лист с землей и фанеркой еле смог в руках удержать, чуть бедное растение снова на пол не упало.

— Павел Тарасович, извините ради бога! — сказал она. — Николай уверял, что зверь безобидный. Что бы я Боянову сказала, узнай он, что я вас убила!

— Учитывая как, это был бы сюжет не для трагедии, а для комедии, — задумчиво произнес в ответ я. — Не переживайте, вы же не виноваты, а лучше зверька отдайте в зоопарк. У меня там директор хороший знакомый, если надумаете, то обращайтесь, дам телефон.

— Обязательно, Павел Тарасович, — заверила меня с облегчением соседка. — Вы точно никак не пострадали?

— Жив, здоров, а фикус заберите, мало ли удастся его спасти.

Думал уже распрощался с соседкой, когда лифт до моего этажа поднялся, но она из лифта на моем этаже выскочила, продолжая извиняться. Отделался уже, только спросив ее, не боится ли она Мишку с обезьяной оставлять, теперь, когда капуцин показал свое гнилое нутро? Тогда она уже быстро со мной распрощалась.

Потянулся было к телефону Межуева набрать, но замер.

Вроде бы один вариант для себя работы неплохой придумал, но мало ли ему это все же не зайдет? Не все правильно пользу пиара понимают в СССР. Пожалуй, надо подстраховаться, все же. Надо еще одну идею придумать. Запасной вариант.