Страница 53

Япония, Токио

Заскучав осматривать санузлы вместе с остальными, направился к носильщикам, которые терпеливо стояли возле наших чемоданов вместе с нашим сопровождающим. Знаю я, чего они тут еще стоят, чаевых ждут.

Да, мне мой приятель в прошлой жизни рассказывал, что в Японии, мол, не любят чаевые, считают это оскорблением. Ну так это были рассказы про двадцать первый век, а не про ситуацию в стране, только начавшей вставать с колен после поражения в войне. Тут такая мощная американизация прошла в сороковых и в пятидесятых, учитывая, что до 1952 года Япония и вовсе была под американской оккупацией, что японцы набрались множества американских традиций и обычаев. Это они уже в двадцать первом веке, вернув себе нормальную экономику, начнут ценить свои исконные традиции и протестовать против излишней американизации, а пока что американские традиции и обычаи очень даже сильны, в особенности в тех местах, где много иностранных гостей. И чаевые тоже, само собой.

Полез в карман, достал ту мелочь, которую заранее припас, и каждому из троих дал по паре японских бумажек. Примерно по доллару, если я правильно помню курс иены, на каждого вышло. Учитывая, насколько сейчас силен доллар по сравнению с двадцать первым веком, думаю, я их не обидел.

Хотя, может, и больше нужно было дать. Может, учитывая, что это президентский люкс, тут некоторые богатенькие туристы и сотку в долларовом эквиваленте могут кинуть носильщику… Хотя вряд ли часто такое случается, многие богатые люди на всем деньги экономят. Не будут они такие щедрые чаевые массово налево и направо раскидывать. Я вот много в прошлой жизни богатых людей знал, но ни один из них деньгами точно не швырялся. Даже чаевые могли оставить поменьше, чем я, к примеру, если вдруг у нас какой-то деловой ужин или обед проходил.

Прикольно, когда точно знаешь, что обедаешь или ужинаешь с долларовым миллионером, а он тщательно чаевые высчитывает, чтобы не переборщить с ними ни в коем случае.

По лицам носильщиков так и не понял, довольны они или нет полученной суммой. Отреагировали они на чаевые вполне профессионально. Деньги охотно взяли, поклонились и вышли один за другим за пределы номера. С нами остался только наш провожатый. Видимо, ему есть что еще со мной, помимо прочего, обсудить, подумал я. Расставшись с носильщиками, повернулся и вижу — Миронов, Боянов и Вишневский на меня уже смотрят, забыв о санузле, с каким-то изумлением.

Ну да, видимо, они на моем месте чаевые бы точно носильщикам не сунули. Привычки-то у них нет это делать в СССР. Мол, сами вызвались наши чемоданы тащить, значит, вам гостиница за это достаточно платит. Что же поделать, есть у меня некоторые замашки, не присущие современному советскому человеку. Набрался, понимаешь, в двадцать первом веке.

Сопровождающий остался, хотя я и не понимал, что ему от нас надо. Если что-то хочет сказать еще, так почему бы это не сделать прямо сейчас, и дать нам обустраиваться? Решил, что будет грубовато спросить его, что ему надо. Так что пусть себе стоит дальше пока что… Двести с лишним квадратных метров, кислорода и на него хватит…

Итак, два санузла мы нашли, а я же еще помню, что мне японец сказал, что тут три будет. Правда, у меня сразу же и мысль появилась, где мы третий санузел сможем найти. Однозначно есть здесь какая-то основная спальня. А вот к этой спальне, скорее всего, и санузел, в который прямо из нее можно зайти, имеется.

Дело обычное в двадцать первом веке, и к нему многие вполне уже привыкли, кто хоть раз по дорогим номерам гостиниц шастал. Да и планировки, в особенности в начале двадцатых годов в Москве, в новостройках массово стали в квартирах ориентировать именно на такую композицию. Один санузел гостевой, другой в мастер-спальне.

Расплатившись с носильщиками, пошел первым по комнатам ходить. Не возвращаться же к остальным биде да унитазами любоваться? Для меня красивые санузлы дело вполне привычное. Дорого-богато, конечно, но вполне ожидаемо.

Все остальные тут же за мной пошли, словно моментально забыли, что только что восторгались импортной сантехникой.

Сначала в гостиную попали, в конце которой, к моей радости, и кухонька небольшая обнаружилась. Я-то знаю, что редко когда в дорогих номерах такую можно найти, мол, богатый постоялец по определению сам себе не будет готовить. Но возможно, тут какие-то культурные особенности семидесятых, — может быть, если у постояльца диета какая сложная, и он со своим поваром ездит, таким образом дают возможность повару готовить для своего хозяина еду, которая ему нужна?

Кухня маленькая, но вполне уютная, оборудованная по последнему слову техники. Наличие кухни в номере мои товарищи с большим ликованием встретили. И хотя плитка была всего на две конфорки, но этого вполне достаточно, чтобы и чайник нагреть, и еду какую-то приготовить. Советский командировочный при поездке за рубеж очень неприхотлив. Мои спутники были готовы наверняка и при помощи кипятильника вермишель варить, и чай делать себе.