Страница 51

Глава 20

Б — бизнесмен

Люди способны удивлять. Особенно те, кто делает несколько дел сразу. Всё зависит только от контекста. Любой человек может делать три дела одновременно: сидеть на унитазе, читать газету и курить. В этом нет большой заслуги. В то время как Гай Юлий Цезарь мог сидеть на гладиаторских боях среди вороха бумаг и когда его спрашивали, чем он занят, он уверенно отвечал: «Цезарь может делать три дела одновременно: и писать, и смотреть, и слушать». Тогда как Владимир Ильич Ленин в 1917 году работал по 18 часов в день и корпел над несколькими проектами сразу, писал статьи, проводил встречи и вёл деловую переписку с сотней людей. И как человек многозадачный, вполне мог устроиться на современную работу проект-менеджером.

Но всё это меркло по сравнению с современным продюсером. И сидя в просторном офисе Кобы Боря с удивлением наблюдал, как Моисей Лазаревич одновременно проверяет золото, читает сценарий клипа и отвечает по телефону на вопросы группы.

Попутно заказав у секретарши кофе и отсекая звонки на втором и третьем телефоне, он тут же начал разговаривать и с ним:

— По золоту вопросов нет, Борис. Качественные изделия. Цену за грамм знаете. Делите на полтора и скупайте. Купите себе цифровые весы, чтобы каждый грамм видели и горя знать не будете. Это просто. Сложнее определять пробу. Но я вас поднатаскаю. А так хорошо со скупкой придумали. Золото всегда в цене.

— Прекрасно, Моисей Лазаревич, а что по тексту? — спросил Боря у человека в свитере вместо пиджака.

— По тексту вообще — золото, — ответил тот, кто не любил пускать пыль в глаза людям за пределами рабочего кабинета. — Жаль, ни одного негра нет. А то бы сразу на международный уровень подались. Но с этим мы ещё подумаем. А на локальном уровне сразу даже не скажешь, искупают нас в овациях или утопят в бочке с огурцами, попутно напихав их куда не следует. Но мы ещё поборемся, Борис!

— Поборемся, да, — ответил Глобальный, собирая золотые изделия обратно в пакетик, затем перекладывая в сумку вместе с примерным ценником на листике.

Фактическим и тем, за которое следовало брать.

Боря знал, что у мамы сумку с миллионами оставлять бесполезно. Да и зачем? Всё равно на сделку с Лесей идти. А золотой песок Кобе сдавать — последнее дело. Справки наводить начнёт, допытываться где взял.

И сантехник прикинул, что со скупкой хотя бы легенда есть, по которой помогает старушкам избавляться от нажитого. А вот у песка глубже подоплёка должна быть. Там хоть плавильщиком становись и между делом Ларисе слитки сплавляй, чтобы лишнего не спрашивали.

При мысли о Ларисе Борисовне, Глобальный только поморщился. А пока задумался, пропустил половину сказанного мимо ушей.

— А за что… поборемся? — уточнил он, как человек, который не боялся спрашивать.

— Вы же умный человек, Борис. Хоть и не боитесь запачкать руки, но всё же при золоте. А значит, для общества не потеряны, — Моисей Лазаревич ещё раз пробежал по распечатанному тексту. — И вот что я вам скажу. Чтобы избежать принудительного потребления силы земли во все отверстия, нам нужен специальный текст под этот клип. «А что так можно было?» и «Фэнтезийная», как и все прочие старые песни группы, под него не подходят.

— Почему?

— Хотя бы потом, что в клипе совсем нет сисек, а это даже для андеграунда уже перебор, — ответил Коба.

«А я говорил!» — тут же добавил внутренний голос.

От продюсера тут же поступило рациональное предложение:

— Может, хоть инвалида сделаем геем?

— Но ему и так досталось!

— Зато там это всё ещё модно.

— Но мы-то живём здесь, — напомнил Боря, возвращая из «земли обетованной», что расцветала везде, где «произрастал» доллар обратно на землю, где приходилось пахать за фактические рубли. — И большая часть человечества выступает за традиционные ценности.