Страница 18

— Одной из кандидатур можно считать Ротшильдов. Если же Ротшильды откажутся давать займы, то какие альтернативы вы предложите?

— Вандербильты. Как-никак эта великая семья породнилась с герцогами Мальборо, и мы можем обратиться к ним за помощью как к свойственникам нашей аристократии. Другой вариант — лорд Астор. Причина ясна: американский миллионер, ставший британским аристократом.

— Вы не находите, сударь, что может быть вариант использования человека, который не имеет ни малейшего отношения к нашей стране, но зато стал величайшим филантропом современности?

— Джон Дэвисон Рокфеллер, вы хотите сказать?

— Да, именно Рокфеллер. Тот, кто тратит капиталы на бедные слои населения, сможет потратить их и на нужды Британской империи.

— Но в то же время есть люди, которые считают главу «Стандарт Ойл» величайшим жуликом современности. Мистер Рокфеллер подумывает уйти в отставку.

— В таком случае нам необходимо успеть связаться с мистером Рокфеллером, пока он не воплотил своё намерение в жизнь.

Едва эти слова были произнесены, взгляд лорда Солсбери уловил взволнованный облик секретаря, собиравшегося высказать до поры известную лишь ему мысль.

— Кто вы, милый юноша?

— Я ваш старый секретарь.

— Удивительно! По вашему виду не скажешь, что вы старый. Вы хорошо сохранились.

— Я ваш секретарь, ваша светлость.

— Вы Лидделл?

— Это так и есть, ваша светлость.

— Моё здоровье оставляет желать лучшего. Когда Гея будет наша, я передам власть своему племяннику Бальфуру. В настоящее время он агитирует за нашу незабываемую политику в палате Общин. Хотите увидеть его — идите в парламент. В августе состоится открытие.

— У меня к вам лицензия, — произнёс Чемберлен в адрес лорда Солсбери не совсем ясную при первом впечатлении фразу.

— Лицензия?

— Я хотел сказать…

— Претензия?

— Я именно это и имел в виду, но моё более низкое, чем у вас, положение, не позволяет мне говорить такую вещь в лицо. Сказать об этой вещи, написав вам письмо, я в данный момент не могу.

— Какая у вас ко мне претензия?

— Лидделл хотел сказать вам нечто, но вы, осмелюсь заметить, не обратили на это внимания.

— Я слушаю вас. — Эта фраза наконец была адресована секретарю, который не слишком быстро смог пробить стенку, отделяющую его от первого лица Империи.

— Я знаю более лёгкий способ добыть деньги, милорд.

— Хотел бы я знать, откуда он вам известен.

— Этот способ известен большинству простого народа.

— Говорите.

— Нужно положить в карман паука.

В случае, если бы лорд Солсбери носил монокль (не говоря уж об орхидее), он непременно потерял бы его, услышав об этом способе. Тигр, тем не менее, остался при визитной карточке, хотя заданный вопрос принадлежал ему.

— Зачем класть в карман паука?

— Многие простые англичане з-знают, что у человека будут деньги, если положить в карман п-паука.

— Где мы возьмём пауков?

— Благодарю за бесценный совет.

Произнеся эти слова, лорд Солсбери вызвал лакея. Истинно по-лакейски важный и обходительный лакей встал в ожидании приказа.

— Уильямс, принесите десять банок живых пауков!

Героям нашей истории ещё предстоит увидеть удивительные выводы из этого простодушного способа добычи денег, но в первые мгновения последствия ещё не начинали проявлять себя.