Страница 38

— Расскажите про «стандарты», — попросил Франсуа.

— А, заинтересовались наконец! — обрадовался Вася. — МиГи-15 получали с земли сведения о «Сейбрах». Вклинивались в их боевой порядок. Бой распадался на парные схватки. Командир эскадрильи уже не мог контролировать действия всех подчиненных, и командиры звеньев получали право самостоятельно принимать решения. Командный пункт тем временем следил за временем — то есть, за тем, сколько осталось топлива у МиГов, оповещал, если подходили резервы противника. Мог выслать дополнительные силы. В общем, четко работали в команде.

— Мне кажется, во многом принципы группового боя остались прежними, со времен Второй мировой, — сказал Франсуа.

— Я же говорил — «опыт не устаревает», — напомнил Вася. — Большинство командиров дивизий МиГов-15 участвовали в Великой Отечественной. Они пользовались уроками этой войны. Например, построение эскадрильи «этажеркой» — так делали, например, на Кубани в сорок третьем... Вообще летчики МиГов применяли свыше тридцати тактических приемов: тут и «косая петля», и «карусель», и «горка к солнцу», «ловушка», «пасть»... Это по подсчетам американцев, между прочим. Некоторые были отработаны еще в Великую Отечественную, как я уже говорил.

— Но ведь и потери были, правда? — спросил Франсуа.

— В условиях наших полигонов это не существенно, — сказал Вася. — А вот в Корее — да, там это приобретало совсем другой вид... Считается, что МиГов-15 было сбито больше трехсот. Много или мало? Всего в Советском Союзе их выпустили свыше одиннадцати тысяч.

— Мы говорим о гибели самолетов или о гибели летчиков? — уточнил Ларош.

— Самолетов. Больше половины таких случаев не заканчивались смертью пилота, — ответил Вася. — Они покидали потерявший управление самолет и потом возвращались в строй. И все с благодарностью говорили о надежной и простой системе катапультирования. Чаще всего погибали при посадке. Аэродромы первой линии — Аньдун, Дапу, Мяогоу — все они располагались близко к морю. Со стороны моря МиГам-15 заходить запрещалось. Там и прятались «Сейбры». На посадочной прямой самолет находится с выпущенными шасси и закрылками, он не готов отразить атаку или уклониться от нее. Тут-то и... Мда.

— А другие случаи?

— Большинство из тех, кто был сбит непосредственно в бою, — одиночки, которые оторвались от строя. Вообще же, если говорить о гибели пилотов, — то в основном погибали новички. Если человек пережил первые десять боевых вылетов — можно сказать, будет летать и дальше. Вот так.

— Но ведь это всегда так, — заметил Франсуа.

— Разве? На ваших любимых «фарманах» человек сначала благополучно летал, а потом, на третий, пятый, десятый раз вдруг бац! И разбивался, — напомнил Вася.

Франсуа вздохнул.

— Тогда большую роль играла удача. Потом стало меньше романтики.

— Да ладно вам, меньше романтики... — Вася поморщился. — Подняться в небо на таком самолете, как МиГ-15 — вот настоящая романтика! Безумная скорость, огромные возможности, собственная легенда, поддержка товарищей, отработанная тактика. Да у меня слов не хватит, чтобы описать всю радость такого полета. Давайте-ка вместе полетаем, а? Пойдем сейчас к Зиночке и попросим. Если хотите, я буду «щитом», а вы — «мечом». Найдем кого-нибудь позадиристее и атакуем. А?

© А. Мартьянов. 22.09. 2012.

34. Антон Фоккер: счастливый неудачник

— А знаешь, Вольф, — обратился к вахмистру неугомонный Вася, — что фройляйн Шнапс носит у себя в нагрудном кармане фотокарточку какого-то невозможного красавца?

Герман Вольф слегка покраснел.

— Почему это должно меня занимать? Да и тебе какое дело?

— Да так, к слову пришлось, — усмехнулся Вася. — А тебя это, правда, совсем не беспокоит?

— Может быть, он — какой-нибудь родственник Frau Leutnant? — предположил Вольф.

— Не надейся, — безжалостно сказал младший лейтенант. — Я вообще сомневаюсь, что у нее имеются какие-то родственники. Ее ничего, кроме самолетов, не волнует. Так что она, наверное, хранит воспоминание о каком-нибудь асе из числа альфа-тестеров.

— Давай просто спросим, — предложил Вольф. — Вон, кстати, она идет. С виду довольная — наверное, хорошо сегодня полетала.

Вольф приветливо промахал рукой Брунгильде, которая шагала по аэродрому, а Вася закричал:

— Фройляйн Шнапс, приветствую! Ну как, много olenei сегодня посбивали?

— Привет! — весело помахала в ответ Брунгильда. — А вы сами спросите сбитых, понравилось ли им. Лично я довольна. И собой, и ими.