Страница 45

— Да она даже не оригинальная японская, — Вася махнул рукой. — Японцы ее срисовали у немцев.

— Ну так был же договор сорок третьего года между Японией и Германией — о взаимной технической помощи, — напомнил вахмистр. — После этого японцы сразу же объявили, что хотят лицензии на производство истребителей Me.163 и Me.262. Еще они хотели двигатели — Jumo-004 и BMW «Schwalbe».

— Много хотели, — сказал Вася.

— Да, но получили. Немцы были пунктуальны, — отозвался Вольф. — Переговоры велись изнуряюще долго — на то и знаменитая бюрократия Третьего Рейха, — но в конце концов документация на Me.262 была отправлена в Японию на двух японских подводных лодках.

— Ага, и эти лодки успешно были затоплены, — кивнул Вася. — Вот какая незадача. Япония заполучила лишь небольшую часть требуемой документации — в основном это была фотокопия инструкции по обслуживанию двигателя BMW. Ну и фотографии самого самолета.

— А ты не злорадствуй, — Вольф покачал головой. — Учитывая ситуацию на фронтах, экономическое положение Японии и катастрофический цейтнот, — удивительно, как много они успели. В сентябре сорок четвертого японский морской штаб заказал на «Накадзиме» разработку турбореактивного истребителя-бомбардировщика по типу Ме.262.

— Насколько я помню, это вообще был единственный японский турбореактивный самолет, способный взлетать на собственной тяге, — прищурился Вася. — Выглядит как пародия на Ме.262.

— Не такая уж пародия, — возразил вахмистр. — Скорее, вариация на тему. Учитывая, как мало у них было документации, — вообще можно считать этот самолет крупным достижением японских конструкторов — Казуо Охно и Кеничи Мацумура.

— Давай Горыныча спросим, — предложил Вася. — Вон он идет. С виду довольный. Как будто парой самолетиков уже перекусил. Вместе с экипажами.

Дракон величаво ступал по летному полю. Одна его лапа была вымазана в саже и оставляла четкие отпечатки на бетоне.

— Горыныч! — Вася замахал ему руками. — Иди к нам, тут очередной неразрешимый спор!

Горыныч повернулся в сторону Васи.

— И о чем конкретно спорите? — окутав младшего лейтенанта клубами черного дыма, поинтересовался дракон.

Вася закашлялся.

— Я говорю, что «Кикка» — это нелепая японская пародия на Ме.262, а герр вахмистр хочет дать «Цветку апельсина» второй шанс.

— Первого-то не было, — вставил Вольф.

— Что ж, — важно произнес Горыныч. — Начнем. Внешне «Кикка» напоминала Ме.262. Но по размеру была меньше. Турбореактивные двигатели — под крылом, что позволяло использовать самые разные моторы с минимальной доработкой. Очень удачное решение. Тем более, что работа над изначально запланированными двигателями затянулась.

— Это как обычно, — заметил младший лейтенант, пожав плечами.

— Гм. — Дракон покосился на Васю. — Там такое дело вышло. Хотели поставить на самолет турбореактивные двигатели Хе-12, но никак не могли довести их до ума. Наконец удалось получить те самые фотографии турбореактивного двигателя BMW. Которые уцелели, когда погибла вся остальная документация при уничтожении подводной лодки.

— Ага, — кивнул Вася.

— Вот тебе и «ага», — хмыкнул дракон. — Доставил их флотский инженер Еичи Ивая. Надо полагать, очень самурайский был такой самурай и геройский герой. Вот на основании немецкого BMW японцы и разработали свой двигатель — Хе-20. После чего «Кикка» и получила, так сказать, путевку в жизнь.

— Очень короткую жизнь, — добавил Вася. — И мало что изменившую в ходе мировой истории.

— Жизнь, дорогой мой товарищ младший лейтенант, зачастую дается не для того, чтобы что-то изменять в мировой истории, — философски заметил дракон. — Она дается просто так. Чтобы ты ее прожил. Даже если ты не человек, а самолет. В назидание потомкам. И ради их удовольствия.

— Когда она поднялась в воздух, эта красотка? — Вольф пытался припомнить дату, но безуспешно.

— Видишь ли, — вкрадчиво отозвался дракон, — когда «Кикка» полетела, смысла в ней как в боевом самолете на тот момент не было ровным счетом никакого. Только что американцы отбомбились по Хиросиме. Но японцы — они же упрямые, они не могут просто так сдаться. Им обязательно надо сделать харакири, если не противнику, так самому себе.