Страница 54

— Я хотел сказать «с Васей» и сказал! — рявкнул Горыныч. — Почему меня все время перебивают? Я живу в атмосфере надзора, слежки и травли!

— Ужас, — поддакнул вахмистр Вольф.

— Вторая голова постоянно что-то жевала, — признался Горыныч. — Я начал катастрофически набирать вес. Никогда не предполагал, что такое может произойти. Я ему говорю...

— Кому? — уточнил Вася.

— Голове! — рявкнул Горыныч. — Говорю ему: «Хватит набивать мое брюхо!» А он в ответ: «Ну пожалуйста, еще пару барашков, они такие сочные!» Представляете? Ему вкусно, а жирею — я!

— Если уж на то пошло, жирели вы все трое, — уточнил Вася.

— В общем, пришел я к разработчикам, пошипел на них для порядку, поцарапал пару столов когтями, — кстати, коготь сломал! — и попросил вернуть как было, — заключил дракон.

— И вернули? — прищурился Шмульке.

— А ты не видишь? — Дракон был близок к тому, чтобы разозлиться по-настоящему. — Они говорят: «Вот и с танками такое случалось. Приделаешь три башни, просто из добрых побуждений, а потом танкисты недовольны». Так что, извините, меня понерфили по собственному желанию.

— Как все сложно, — восхитился Шмульке. — А скажи-ка, Горыныч, помимо желания работать в коллективе, какими соображениями ты руководствовался, когда захотел три головы вместо одной?

Горыныч лукаво глянул на танкиста желтым глазом.

— Телепатия, — выговорил он.

— Телепатия?

— Послушай, танкист, слыхал ты когда-нибудь о такой штуке, как пеленг? — не выдержал дракон. — Всему-то вас, людей, учить приходится.

— Просто расскажи, — кивнул Шмульке. — Да и товарищу младшему лейтенанту послушать полезно.

Вася что-то проворчал под нос и глотнул из фляги.

— Валяй, Горыныч.

— Ночные бомбардировки, — таинственным тоном, словно рассказывая страшную сказку, заговорил Горыныч. — Предположим, немцы бомбят Англию, 1940 год. Англичане, понятное дело, все с ног до головы в зенитках и истребителях. По мере сил и возможностей. Но немцам бомбить надо. Они лупят ночью. И довольно точно.

— Было, — сказал Вольф.

— Вон, герр вахмистр знает, — кивнул на него дракон. — Англичане, однако, феноменом закономерно заинтересовались. И пришли к выводу, что в Германии есть система радиомаяков направленного действия.

— Логично, — вставил Вася.

— Погоди ты со своим «логично», — огрызнулся дракон. — Это сейчас, задним числом, тебе все логично, а тогда это было «открытие века». Англичане решили поставить эксперимент. 21 июня 1940 года взлетел бомбардировщик «Ансон» со специальным радиоприемником на борту. Этот приемник ловил сигналы немецких радиомаяков.

— И? — спросил Шмульке.

Дракон хлопнул хвостом.

— Естественно, они обнаружили радиопеленг немецкого радиомаяка на частоте тридцать мегагерц. Немецкая радионавигационная система называлась «Кникебейн».

— Шмульке, ты конспектируешь? — спросил Вася. И снова полез за флягой.

— Ты, дорогой товарищ, лучше слушай внимательнее, вдруг пригодится? — заметил ему вахмистр Вольф.

— Я все запоминаю, — заявил Вася. — У меня фотографическая память.

— Какой принцип действия у этого «Кникебейна»? — спросил Шмульке.

— Хоть один нормальный человек нашелся, и тот танкист, — вздохнул дракон. — Смотри. Летчик ведет самолет по радиопеленгу до тех пор, пока его не пересекает другой радиопеленг. Бамс, радиопеленги пересеклись, в наушниках появляется сигнал другого тона. Именно в этот момент пора сбрасывать бомбы. Что и происходит.

— Ловко, — заметил Вася.

— А зенитки? — заинтересовался Вольф.

— Да, зенитки — это проблема, — согласился дракон. — Но на каждую проблему найдется решение. Чтобы избежать сильного зенитного огня в определенном районе, радиопеленги пересекались в небольшом удалении от цели. Экипаж получает сигнал, ведет самолет по определенному курсу от точки пересечения радиопеленгов и затем, по расчету времени, сбрасывает бомбу.