Страница 6

заметила. Кряхтя поднялась по стремянке на башню «Мышки», протиснулась в люк и

приступила к инвентаризации в присутствии всех четверых заговорщиков. Командир ИС-

4, товарищ Сухов в это время находился в диспетчерской, договариваясь по рации с

соклановцами и ожидая, когда можно будет нажать кнопку «В бой!».

— Вентиля... — повелительница финотдела подняла глаза к потолку башни, но танк

нежданно-негаданно завелся, сдвинулся с места и в открытый люк хлынул поток

солнечного света. — ЧТО ТАКОЕ???

— Боже мой, — картинно закатил глаза Шмульке. — Какая-то техническая ошибка!

Наверное сбой сервера! Герр комиссар, занимайте место мехвода! Хале — заряжающим!

Василий, принимай рацию!

— Что? — королева счетов, отчетов и баланса в ужасе сложила пухлые ладошки на груди.

— Ошибка? О, нет, верните меня обратно! Кроме того, смешанные экипажи запрещены! Я

напишу докладную в центральный офис! Мне страшно!

— Поздно, — рыкнул комиссар. — Командуйте!

— Я?!

— Ну не я же?! Кто на месте командира? Куда едем?..

— П-прямо... Наверное...

— Хорошо, поехали прямо, — незаметно усмехнулся комиссар. — Вася, координируй бой

по рации!

«Маус», как и было предписано новоиспеченной командиршей, медленно поехал по полю

полигона Прохоровка. Никуда не сворачивая.

О том, что танк находился в тренировочном бою и роли всех до единого экипажей танков

обеих команд были заранее расписаны, мадам Ротвейлер не подозревала. Оно и к

лучшему.

* * *

— Поздравляем, это было потрясающе!

— Какое мастерство! Фантастика!

— Десять фрагов! Невероятный результат!

Вокруг вернувшегося на базу «Мауса» собралась толпа. Французы притащили

шампанское «Мадам Клико» и торт, парни с КВ-220 собрали во время последнего выезда

на Перевале букет горных цветов, американские артиллеристы успели приготовить

пудинг.

Было что отметить: стараниями Ганса Шмульке и компании мадам Ротвейлер провела

сенсационно выигрышный бой, пускай чуть не довела Парамона Нилыча до сердечного

приступа командами наподобие «Стрельнуть направо» или «Езжайте ровнее!». Машины

противника услужливо подставляли «Маусу» борта, при этом нарочно пуляя в зоны

непробития — болванки отскакивали от танка словно горошины. Союзники так же

нарочно стреляли мимо целей, давая возможность «Мышке» уничтожать все, что

находится в зоне поражения.

К середине боя бухгалтерша почувствовала вкус и азартно орала «Так его, гада!», а когда

счетчик на командирском планшете показал 10:0, безусловно ощутила себя Гудерианом,

Катуковым и Монтгомери в одном лице.

— Спасибо, спасибо, — кажется, это был первый раз в истории базы, когда на лице мадам

Ротвейлер появилась скупая улыбка. — Очень приятно... Очень. Сама никак не ожидала...

Тут героиня дня вспомнила о чем-то важном, развернулась к фельдфебелю Хале и,

наставив на него палец, прорычала:

— Вот видите! Ничего сложного! Командовать сверхяжелым танком способна даже

слабая женщина! А вы бы попробовали свести месячный баланс и ничего не напутать в

отчетности! Стыдно, молодой человек! Новый вентилятор вы не получите, пока не

научитесь воевать!

Потерявший дар речи фельдфебель взглянул на Ганса Шмульке, но тот лишь плечами

пожал. Подарок явно удался, хотя никто не мог предугадать последствия...

54. Эффект новизны