Страница 23

- Да-а, - произнес Цаплин. - Вот это история! Из всех историй - история.

- Ах, и не говорите! Грустнее и глупее и быть не может. Принес вот клочья. Нельзя ли их отпеть? Вместо барона.

- Какой веры был ваш барон?

- Католической. С давних лет католик. Цаплин развел руками:

- С радостью бы отпели, но увы! У нас православный священник. Низко кланяюсь.

Пан Спичка, бережно неся останки пальто, вышел. Цаплин позвонил Гуляйбабке:

- Имею честь сообщить вам "горькую" новость: голодными кошками и собаками съеден его превосходительство барон Грюнтер-Брюнтер.

14. НОЧНЫЕ ТАКТИЧЕСКИЕ ЗАНЯТИЯ, ИЛИ КАК ГУЛЯЙБАБКА ЗАКАЛЯЛ ПОЛИЦАЕВ

Мороз не играет в политику. Бродяга мороз нейтрален. Какое ему дело до того, что в снегах под Москвой замерзает по-летнему одетая армия фюрера, что каким-то курсантам-полицаям надо выходить в тонких шинелишках и хромовых сапогах в чистое поле на тактическое занятие. Он крепчает - и баста. Трещит в заборах, стенах домов - и крышка. А ночью под святую Николу так завернул, что окна гостиницы, где жил Гуляйбабка, покрылись вязью толщиной в палец.

С трудом отдышав на стекле дырку, Гуляйбабка глянул на улицу и присвистнул:

- Э-э! Да сегодня, поди, градусов под тридцать.

- Возьмите, сударь, побольше. Воробей мерзнет на лету, - сказал Прохор, одетый по-дорожному - в армяк с капюшоном. - Возок еле отодрал. Как электросваркой прихватило. Боюсь, как бы вас в полушубке не продуло.

- Не забывайте, Прохор Силыч, что солдат без закалки равен курице в мороз. Потерпим. Ради побед доблестной полиции все перенесем. Крепкий мороз мне как раз и нужен. Я, как невесту, его ждал.

Прохор, кряхтя, натянул овчинные рукавицы:

- Значит, едем все ж?

- Да, поехали.