Страница 7

Достоверность археологических данных повышается, когда на помощь приходят методы других наук таких, как атомная физика, разработавшая радиоуглеродный метод датировки. Сумеют ли в один прекрасный день археологи найти нечто, что разом разрешит все загадки ведической древности? Антрополог Юлиан X. Стюард пишет: „Факты существуют лишь постольку, поскольку, они связаны с теориями, а теории не рушатся под давлением фактов - как правило, им на смену приходят новые теории, которые лучше объясняют факты”(15). Иными словами, мы вправе утверждать, что хотя археологи и полны решимости обнаружить новые и новые доказательства для своих теорий, они все равно никогда не могут быть до конца уверены в них.

Таким образом, каковы бы ни были факты и теории будущего, археология - главная надежда эмпириков - и по сей день не в состоянии рассеять тьму, скрывающую от нас времена Вед; больше всего данных о ведической культуре, безусловно, сохранила устная традиция. Поэтому в той области, где, казалось бы, только археология может дать эмпирически достоверные сведения, мы вправе поставить под сомнение самую необходимость ее свидетельств. „Религия - это психический, или духовный, феномен, в котором сакральное, или сверхъестественное, слово играет важнейшую роль. Очевидно, что это основное проявление любой религии не может быть исследовано археологическими методами - останки бессловесны” (16).

02.4 Лингвистические исследования.

Как и следовало ожидать, исследования проводились и в других направлениях. Фактически, лингвистические методы принадлежат к числу самых важных инструментов индологии. В конце XVIII века лингвисты проводили в Индии сравнительное исследование санскрита, древнегреческого и латыни и пришли к выводу, что языки эти столь схожи между собой как лексически, так и по своему грамматическому строю, что должны иметь общее происхождение. В 1786 г. сэр Вильям Джонс предположил, что санскрит и некоторые другие языки „произошли от одного праязыка, который, вероятно, больше не существует”(17). Этот язык получил название прото-индоевропейского. Хотя нет явных доказательств, что такой язык когда-либо существовал, лингвисты реконструировали протоиндоевропейский язык с помощью археологов, поставлявших доказательства того, кто на нем мог говорить и где. Стюарт Пиггот пишет: „Местоположение возможной родины прото-индоевропейцев и идентификация их культуры, предполагающая наличие лингвистических доказательств и соответствующего археологического феномена, являются предметом дискуссий еще с прошлого века, когда эта идея была впервые сформулирована” (18), От гипотетического языка родилось гипотетическое общество, члены которого получили название индоевропейцев. Ученые утверждают, что это было общество земледельцев, которые одомашнили лошадь, и что в нем царил патриархат, на том только основании, что слова «лошадь» и «отец» занимают важное место в словаре прото-индоевропейцев (19). Ученые приписывают им определенную религию и ритуалы, хотя никто не может определенно сказать, где эти люди жили. В современном труде по истории Индии эта ситуация комментируется так:

„Предполагается, что индоевропейцы были предшественниками ариев, вторгшихся в Индию. Местоположение родины ариев является предметом ожесточенных споров и, столкнувшись с этим безнадежным хаосом противоречивых взглядов и мнений, кажется невозможным придти к какому-то определенному выводу. Самой вероятной теорией представляется та, по которой арии мигрировали в Индию извне. Но никто точно не знает, откуда они пришли, и об этом по-прежнему идут дискуссии” (20).

Профессор Вард Годденаух, лингвист, указывал, что в европейских теориях происхождения индоевропейцев, безусловно, присутствуют шовинизм и расизм. Например, ученые произвольно манипулируют разными данными, чтобы доказать европейское происхождение предков ариев (21).

Несмотря на крайнюю скудность материала, лингвисты любят строить гипотезы. Выдающийся санскритолог А. Б. Кейт как-то заметил, что если принимать лингвистический метод слишком буквально, то можно сделать вывод, что первые индоевропейцы употребляли сливочное масло, но не имели никакого понятия о молоке, что они знали про снег и ноги, но не знали про дождь и руки (22).