Страница 43

Я посмотрел на светящиеся в темноте стрелки часов, они показывали восемь. Сначала не сообразил, сопостовляя с темнотой за окном, но потом понял что кончился завод пока я был в отключке.

С рассветом позавтракали. Олег разогрел на сухом спирте каждому по банке с кашей. Дядя Саша включил обогрев — из вентиляционных решёток потянуло тёплым воздухом, и в грузовом отсеке стало почти уютно.

Штабс-капитан Борисов и Денис смотрели на меня с опаской. Косились, отводили взгляды, но молчали. Я жевал кашу, не обращая внимания. Потом Борисов не выдержал:

— Как это?

— Потом, — сказал я, не поднимая головы. — Всё потом.

Он замолчал. Денис сидел рядом, сжимал ложку, смотрел в пол.

Олег разлил кипяток по кружкам, бросил в каждую по щепотке кофе. Кофе кончался — на дне пакета оставалась горстка.

— Что делать будем? — спросил он. — В городе нас ждут.

— Лететь на этой махине — самоубийство, — сказал дядя Саша. — Заметят, собьют. В лучшем случае.

— В худшем — возьмут в плен, — добавил я. — А нам плен не нужен.

Дядя Саша почесал щетину.

— Может, подлететь поближе, бросить вертолёт и пешком? — предложил Денис.

— Как вариант, — согласился Олег.

За бортом что-то загудело.

Сначала показалось что усилился ветер. Но звук нарастал, становился плотнее, тяжелее, заполнял собой всё пространство.

— Тихо! — сказал я, поднимая руку.

Все замерли. Ложки застыли в воздухе. Дядя Саша в кабине повернул голову, прислушался, прижав наушник к уху.

— Самолёты, — сказал он.