Страница 44

— Давайте поставим стул вот здесь, посредине, чтобы всем Вас было видно, — повелительным взглядом указала место Лиля, и молодой парень тут же исполнил её указание.

— Как скажете, Лиля Юрьевна, как скажете, — безропотно согласился Василий, подойдя к стулу.

Осип принёс гитару. Шилов отметил, что, скорее всего, с того дня, когда он брал инструмент в руки, им больше никто не пользовался. Пыль покрывала бока.

— Что же вам исполнить для начала? — задумчиво произнёс Василий, настраивая гитару.

«Ну что, дядя Саша, выручай! Думаю, твоя «Вещая» не оставит равнодушными эту публику. Понеслась, родимая!».

Заплутал, не знаю где...

Чудо чудное глядел:

По холодной, по воде,

В грязном рубище

Через реку, через миг

Брёл, как посуху, старик —

То ли в прошлом его лик,

То ли в будущем...

Позамёрзшая межа,

А метели всё кружат...

Я глазами провожал,

Слышал сердца стук.

Одинока и горба,

Не моя ли шла судьба?

Эх, спросить бы... Да губа

Онемела вдруг...

Полем, полем, полем,

Белым, белым полем дым.

Волос был чернее смоли —

Стал седым.

А старик всё шёл, как сон,

По пороше босиком,

То ли в даль, за горизонт,

А то ли в глубь земли...

И чернела высота,

И снежинки, петь устав,

На его ложились стан

Да не таяли...

Вдруг в звенящей тишине

Обернулся он ко мне,

И мурашки по спине

Ледяной волной —

На меня смотрел... и спал...

«Старче, кто ты?» — закричал,

А старик захохотал,

Сгинув с глаз долой.

Полем, полем, полем,