Страница 49

Они хорошо понимают, что такое «моё». Но альтруизм, взаимопомощь, сопереживание у них тоже могут быть. А у самых развитых – даже передача каких-то знаний. Но, как и у всех зверей, всё это в пределах своей стаи, колонии, семейства. Ни одной крысе не придёт в голову распространять эти эмоции на всех сородичей. Конечно, это спекулятивная биология для «чайников».

А ещё… невозможно опровергнуть Разумный Замысел. Ведь если бы Творец или Творцы хотели замаскировать своё вмешательство в ход эволюции в узловых точках... кто смог бы их разоблачить?

Младший закрыл Doogle. Вернулся в реальность. В ней ему открылся новый квест и важная локация.

*****

Эльза не только дала ему карту доступа, но и проводила вниз на лифте. На один этаж глубже, чем тот, где они недавно встречались.

Если она и была удивлена решением Изобретателя, это никак не проявлялось. У Младшего были к ней вопросы, но не было обиды. Да, она водила его за нос и многое утаила. Но обеты есть обеты.

Пока кабинка медленно спускалась в глубь горы, Александр тихо насвистывал и постукивал пальцами по поручню.

– Какие у неё параметры? Что эта штука представляет с точки зрения архитектуры?

– Смешной. Этого даже я не знаю. Это квантовая нейросеть. Я прошерстила все открытые публикации. Ничего нет. Секретность была полная, почище, чем у китайцев. Я занимаюсь раз в месяц обслуживанием внешнего контура. Но это – блоки питания и охлаждения. К внутренним узлам я не допущена. Ими занимаются два других брата, но мне запрещено даже говорить тебе их имена.

– Ну, вы прям масоны, ёклмн, – выругался Александр. – Я понимаю, скучно жить без игры в тайну. Но надо же и меру знать.

– Это безобидные игры. Они не связаны с дележом власти в мире людей. В общем, у Машины есть так называемый HMI-интерфейс. Тоже экспериментальный. Вопросы можно задать в текстовом или голосовом режиме. Я думаю, ты разберёшься. Ещё один режим – это «прямое подключение». С помощью видеошлема. В этом случае пользователь впадает в состояние, похожее на неглубокий сон в фазе Быстрого Движения Глаз. Машина будет стимулировать твои зрительные нервы и вызывать псевдогаллюцинации. Один брат сравнивал это с тем, что в качестве видеокарты используются человеческие мозги. Но это не так. Скорее твои глаза будут заменять дисплей.

– Б-р-р. Почему нельзя задавать вопросы через терминалы наверху? Не спускаясь сюда.

– Для безопасности. Так распорядился Изобретатель.

– Да уж. Конечно, безопаснее спуститься к ней… к нему. К этому. А я не заражусь?

– Человек не подвержен компьютерным вирусам.

– Да я шучу, – он улыбнулся.

– Ты не боишься?

– Волнение чувствую, но не страх. Я же не из леса. Этот ИскИн не опаснее котенка. Все ужасы на Земле созданы нами. И я их достаточно видел. А здесь я вижу аттракцион, созданный человеком, у которого было слишком много денег.

– Это скорее эксперимент. Да, у системы нет своего сознания. Только огромный объём данных, который расширяется даже сейчас, без доступа к внешним данным. Нечто вроде Вавилонской Библиотеки.

– Библиотека всех книг?

– Всех ненаписанных книг. Безбрежный океан, ограниченный только ёмкостью наших дисков. Поэтому раз в месяц мы его чистим. Ты не передумал?» – с заботой в голосе спросила Эльза.

– Нет. Всё в жизни надо испытать, и это тоже.

Минус шестой уровень. Тут всё было иначе, чем наверху.

Вскоре Младший шёл по слабоосвещённому коридору, выложенному тёмными плитками, скрадывавшими шаги. Потолок был из металла и в нём, как в зеркале, отражался идущий человек – проход наполнялся тенями, и казалось, что идёт не один, а десяток. Стены облицованы чёрным мрамором с белыми прожилками. Создавалось впечатление, что плывёшь через космическую пустоту с нитями галактик. Тот, кто это спроектировал, знал толк в сценизме. Как архитекторы и декораторы древних соборов.

В конце коридора за металлической дверью оказалась пустая комната пять на пять метров, разделённая надвое толстым бронестеклом. А за ним – на светящемся постаменте стоял черный куб размером с кубик Рубика.