Страница 42

— Фу, даже масло не делают! — закапризничала Александра.

— А масло сливочное делают, а райцентре в Бабаеве.

— Чо? И масло вкусное? — пенсионерка выразила ноту недоверия.

— Масло сливочное бутербродное вкусное делают. Реже бывает шоколадное и тоже вкусное. А ещё они ириски варят, — вовсю хвасталась Риточка.

— Ты нам чего-нибудь вкусненького привезла? — разом загалдели девочки.

— Да, Рита, чего ты нам привезла? — строго спросила с дочки Александра.

— Всё, что смогла купить, всё и привезла, — покорно отчитывалась Риточка. И тут же без всякого перехода. — Я хочу там жить постоянно. Хочу, наконец, пожить по-человечески и не в этой глуши!

— Там точно кладбище близко? — глаза Александры мигом превратились в две льдинки.

— Точно близко от посёлка. И речка там недалеко.

— Это хорошо, — губы Александры сжались в ниточку.

— А тебе зачем? — искренне удивилась Рита.

— Помру, ты меня хоть навещать будешь.

— Ну, мама, живи ты долго! Не думай ты об этом! В Третьяковском хорошая больница, да и вообще тебе там понравится.

— Так поехали смотреть!

— Завтра с утра и отправимся, — заулыбалась Риточка.

— Так быстро?

— А чего тянуть? Съедим, ты и успокоишься, примешь окончательное решение.

И они поехали. Автобусом, снова автобусом, из Череповца поездом до Бабаева и до Третьяковского поздним вечерним автобусом. Заселились в гостиницу с названием «Дом колхозника». Девочки засыпали на ходу и буквально упали на пружинистые металлические кровати. Утром, как выспались, отправились в столовую, а потом бродили по тихим улочкам посёлка. Дошли до дома, где им выделили квартиру.

— Вот здесь мы все вместе будем жить на втором этаже, — хвасталась Рита.

— На втором этаже! — взвизгнула темпераментная Ниночка. Катя молчала. Она боялась высоты. Прогулялись и до школы. Школу ещё строили. Дети учились в барском доме и в деревянном корпусе.

— Это была усадьба Третьяковских. Здесь жили помещики, — тоном экскурсовода заговорила Рита.

Посидели в парке на лавочке, неспешно вернулись в гостиницу. Вечером к путешественницам присоединился папа Виктор. Не смотря на отработанную смену на заводе, он выглядел бодрячком:

— Завод понравился, оборудование новенькое. Работать интересно.