Страница 41

Сорвиголова прошел на кухню, и царивший там порядок изумил его. Поискав, он обнаружил кастрюльку с великолепным супом мсье Бюрка. Решив подогреть еду у себя в комнате, Дуглас сунул под мышку длинный французский батон, подхватил другой рукой кастрюлю и отправился наверх.

Глава 19

— Нелл, извини, что заставила тебя распаковывать все, а теперь вот придется снова укладывать вещи для поездки в замок Дугласов.

— О, миледи, не беспокойтесь обо мне. Жалко только, что мсье Бюрк опять будет вынужден хлопотать, — с чувством произнесла служанка.

«Боже, неужели и Нелл оказалась неравнодушной к чарам француза», — подумала Тина.

— Сегодня мне потребуется зеленое платье, а завтра я поеду в бледно-серой амазонке, той, что отделана черной лентой. Остальное можешь складывать, — давала она указания.

Ада держала кружевную ночную рубашку, так и не надетую.

— Оставлю это на твоей подушке еще на одну ночь, на всякий случай.

Тина положила щетку для волос.

— Я еще не видела доброй половины этого замка. Но, как только мне дадут что-нибудь поесть, пойду и осмотрю все.

За завтраком она узнала, что лорд Дуглас встал на рассвете и с тех пор объезжает диких лошадей перед тем, как перегнать их к границе. Животных еще следовало приучить ходить под седлом.

Дворецкий показал Тине комнату, предназначенную для Нелл, а потом хмыкнул:

— А это жилище предложено для вашей доброй феи.

Деаушка догадалась, что он имел в виду мсье Бюрка, но оставила ехидное замечание без ответа. Дворецкий еще пожалеет о своих словах, когда повар сделает его рогоносцем.

— Спасибо, это все, — сказала она, подхватывая юбки и собираясь подняться по ступеням.

— Вы куда? — спросил дворецкий.

— Куда мне угодно, — с улыбкой ответила Тина.

— Простите, госпожа, я спросил потому, что там живет Чокнутый Малкольм. Вам не стоит ему доверять.

Огонек рассмеялась.

— Было бы глупо доверять хоть кому-то из Дугласов.

Она уже слышала о Чокнутом Малкольме и решила сама навестить его.

Старик в кресле на колесах действительно выглядел ненормальным. Его седые волосы стояли дыбом, а черты лица заострились. Он что-то писал в тетради и при появлении девушки запихнул свои записи под подушку, словно опасаясь нападения врагов. Минуту они смотрели друг на друга, потом Тина сказала:

— Должно быть, вы Малкольм.

— Хотите сказать, Чокнутый Малкольм?

Она улыбнулась.

— Как вам будет угодно.

Огонек увидела рядом со стариком кувшин с висни, вдохнула воздух в комнате, состоявший, из паров алкоголя, и подумала, действительно ли Малкольм сумасшедший или просто постоянно пьяный.

— Так это с тобой помолвлен Рэм.

— Я — леди Валентина Кеннеди.

Он кивнул.

— Кеннеди… Берегись!

Тина решила, что старик путает ее с Дамарис.

— Тебя отравят, — предупредил он. — Но это сделает не твой муж Алекс, а другая сволочь.